В обеденном зале собрались уже почти все, не было только барона, занятого во дворе. Гектор сидел по правую руку от кресла отца, место по левую руку было оставлено для Арчи, которое он с удовольствием и занял, усадив рядом с собой Макса. Помимо всех вышеперечисленных, за ужином присутствовали два соседских помещика, де Нуарье и де Давр, и двое особо отмеченных отцом солдат, с которыми он в свое время ходил в боевые походы. Впрочем, солдаты, по обыкновению, сидели тихо и молча, зато ели за пятерых, отыгрываясь за голодные дни молодости.

Через пару минут подошел барон, и ужин начался. Какое-то время все молча насыщались, а когда первый голод был утолен, барон взял кубок, наполненный вином из еще дедовских запасов, поднялся и торжественно произнес:

– Дорогие гости, позвольте мне выпить за двух исключительно достойных молодых людей. Надеюсь, с моей стороны это не покажется слишком нескромным, потому что один из них является моим сыном. Вы уже знаете, что господин де Ла Рон и Арчибальд показали сегодня себя наилучшим образом. Я хочу выпить за то, чтобы удача всегда была на их стороне, но, помимо удачи, в молодом человеке должны присутствовать и иные свойства: сила, храбрость, готовность прийти на выручку товарищу. Я очень рад, что нынешняя молодежь придерживается наших старых боевых традиций. Выпьем за это!

Раздались дружные аплодисменты в честь героев дня, все сдвинули кубки, и ужин вошел в свою колею. Разговор завязался вокруг намечающегося конфликта с соседней Норландией. Слухи о возможном объявлении войны ходили уже давно, но толком никто ничего не знал. Герцог Норландский всегда служил поводом для всякого рода сплетен и толков. Молодой, уверенный в себе красавец, покоритель множества женских сердец, он часто совершал дерзкие и немыслимые для многих поступки. И ждать от него можно было всякого, к тому же все знали, что он поклялся присоединить земли Короны к своим любым способом.

Наконец разговор опять переключился на Арчибальда и Максимилиана, которым такое внимание к своим персонам было несколько непривычно.