«Попались, гады! – злорадно подумал Арчи. – То-то отец будет доволен!»

– Все, господа хорошие, – громко доложил он о своем появлении. – Комедия закончена! Топоры на землю или будете уничтожены!

Для подтверждения своих слов он направил пистоль в сторону самого огромного из бандитов, вероятнее всего, главаря. Разбойники, не ожидавшие такой подлости от окружающей природы, резко обернулись, со страхом оглядывая Арчибальда и близлежащие деревья, ожидая появления пары десятков солдат. Рыжий дворянин обрадованно улыбнулся и вместе со всеми разбойниками быстро осмотрел окрестности, однако, не увидев помимо Арчи никакого подкрепления, горестно вздохнул и, не теряя более ни секунды, ловким движением проткнул одного из разбойников, не ожидавшего от своей жертвы столь резкого поведения.

Арчи, поддержав благородный почин, выстрелил в главаря шайки, но тот, обладая, по-видимому, незаурядной реакцией, успел притянуть к себе своего ближайшего сотоварища. Пуля, выпущенная с такого близкого расстояния, пробила того насквозь и, отскочив от топора главаря, ушла в землю.

Разбойники несколько опешили. С начала боя прошло всего несколько мгновений, а их численность сократилась на треть.

– Ну что, черти лесные! – страшным голосом заорал Арчи. – Будете сдаваться, или всех порубаю в капусту!

Он уже успел отбросить бесполезный теперь пистоль в сторону, все равно не успеть перезарядить, и выхватить шпагу – клинок великолепной гномьей стали, сломать который было почти невозможно.

Разбойники, не отвечая, разделились на две пары. Видно было, что драка им не впервой, и выучка у них, надо признать, была отменная. Одна пара ожесточенно набросилась на Рыжего, как окрестил его про себя Арчи, а другая напала на самого Арчибальда.

Для Арчи эта драка была первым в жизни серьезным испытанием такого рода.