- Значит, Косматый не научился читать погоду, - удовлетворенно заключил Хозяин.

   Омар встал и сунул вокс в карман. Пеулы звали  людей  "калаумуса",  что значит "очень печальный", потому что только удрученный большим горем  пеул может двигаться так плавно и медленно, как это всегда делают люди.

   -  Так  что  откладывается  охота.  Жаль.  Надо  на  нового  инспектора посмотреть.

   - Не спеши,  -  тем  странным,  невыразительным  тоном,  которым  пеулы сообщают особо важные новости, попросил старик. - Я думаю, они  еще  долго разговаривать будут.

   - Я тоже хочу поговорить.

   - Ты лучше потом. Инспектор  скажет  одно,  Косматый  -  другое,  а  ты придешь и скажешь свое.

   - Не понимаю тебя. Что "свое"?

   - Косматый - очень гордый человек. Он не уйдет отсюда. Он  лучше  убьет всех. Нельзя, чтобы вы все вместе  кричали.  Ничего  не  сделаешь.  Иди  и слушай, что они говорят.

   - Не понимаю тебя, старик. Скажи яснее.

   - Я много раз говорил. Не ты его боишься, а он тебя. Нельзя быть  таким гордым. Он все испортит.

   - Мне  некогда,  старик.  Я  пошел,  -  сердито  буркнул  Омар  и  стал подниматься к выходу из Норы.

   - Главное - Друзья Косматого. Все время глаза на них.  Они  как  пао  – глупые, но ядовитые. Пусть они все время будут перед твоими глазами.

   - Зачем? - Омар чувствовал, как возбуждение захватывает  его,  какая-то мысль неистово билась наружу.

   - Твоему народу хорошо будет у нас. Мы друзья.

   Человек и  низенький,  скособоченный,  тощий,  словно  составленный  из палочек, синекожий пеул смотрели друг другу в глаза.

   - Я приду, - торопливо сказал Омар.

   - Я приду, - вдогонку ответил Хозяин.

   Так прощались пеулы. А при встрече они говорили: "Я тебе помогу".

5 Чаще всего Виктор  будет  вспоминать  разговор  в  библиотеке  Кривого, знаменитого уальского книжника, умершего за шесть лет  до  Инцидента.  Дом Кривого стал читальней, куда мог прийти всякий и где решались  обычно  все общественные дела.