А в тот день, в тот час, когда Виктор с инспектором садились на поле рядом с поселком. Омар готовился к дальней охоте. Он сидел на корточках перед костром, а напротив в той же позе сидел Хозяин. В Норе почти никого не было, даже древние старики повыползали наружу, только из женской залы доносились визгливые пулеметные очереди слов да вертелся рядом голубокожий Дэнкэ, сын землянина и пеулки. Он то и дело, как бы невзначай, бочком подбирался к Омару и тыкал его в плечо лохматой своей головенкой с вялыми по-детски ушами. Другого способа выразить свою любовь он не знал.

- Он тебя любит, - без пеульского "эуыкающего" акцента, только очень быстро, сказал Хозяин.

- Пожалуй, возьму его сегодня с собой.

Дэнкэ замер. Но старик отрицательно поднял руку.

- Будет холодно. И ветер. Не ходи пока.

- В бурю охота спорится. А он парень здоровый.

- Он очень сердится по ночам. Даже у пеулов не так. Очень дальние крови бродят. Если не умрет, будет хороший охотник.

- Тем более.

- Не ходи.

Были выбраны уже охотники в сопровождение Омару - Палаусмоа, горбунчик с плохим нюхом, зато с феноменальной реакцией, и еще один, которого Омар почти не знал.

- Прошу, не ходи, - тараторил Хозяин, подливая в свою фарфоровую чашку настой с неприятным запахом. Название этого напитка было совершенно непроизносимо - девять гласных подряд. - Почему сегодня пришел? Ты не говорил раньше.

- Косматый отпустил.

Хозяин забеспокоился:

- Косматый? Он очень гордый. Почему как раз сегодня? Он научился читать погоду?

Плаксиво прозудел вокс. Омар вынул его из кармана.

- Омар здесь.

Никто не ответил. Вокс продолжал зудеть.

- Да слышу, слышу! Здесь Омар. Кто говорит?