Трое всадников не спеша, практически шагом двигались по почти полностью заросшей травой тропе. Лошади ступали совершенно неслышно, и со стороны могло показаться, что это три призрака плывут через лес в предрассветном тумане. Но призраки не сжимают, насторожено оружия.

Один из группы, тот, что ехал чуть впереди своих товарищей держал поперек седла длинный лук прекрасной Валдейской работы. Одет он был в потертые кожаные доспехи и украшенный позолотой стальной нагрудник. Шлем, он не носил, открывая свежему утреннему ветерку густую светло-русую шевелюру. Загорелое лицо гладко выбрито.

Двое других бок о бок следовавшие за ним являли собой совершено не сочетающуюся пару. Один из них, что повыше вообще не носил доспехов. Его просторная белоснежная рубаха была заправлена в черные узкие брюки. Широкий пояс перехватывал узкую талию, на ногах щегольские узконосые сапоги. Массивная серебряная заколка в виде головы птицы удерживала тонкий плащ. Оружия тоже не было видно.

Другой, короткостриженый крепыш носил полные латы. Судя по виду наездника, он давно свыкся с такой экипировкой и ни их вес, ни определенная скованность движений его ничуть не беспокоила. Шлем, он тоже снял, открыв на всеобщее обозрение густую черную бороду, из-за которой практически не было видно лица. Он небрежно поигрывал тяжелым боевым молотом, подозрительно осматриваясь вокруг. Наконец ему надоело затянувшееся молчание, и он окликнул спутника едущего первым:

- Долго еще Дивс? Мне уже порядком опротивели здешние красоты.

Тот к кому он обратился, оглянулся, взглянул на своего угрюмого товарища и улыбнувшись одними губами ответил:

- Не ворчи Годжерт, еще четверть часа и мы будем на месте. Мне самому не очень по душе Истинные, но как утверждает наш друг Солерайн это вопрос жизни и смерти нашего мира. Хотя я и не очень верю, что несколько человек могут что-либо изменить в целом мире, будь они хоть полубогами.