Стрелок постоял в проходе, полюбовался бесплатным зрелищем, но так и не смог разглядел, есть ли у школьницы промеж сисек мозоль - предмет частого спора Стрелков.

Большой Ник Стрелка будто и не замечал, смотрел сквозь. Но когда опустил руку вниз, Восьмой счел лучшим вспомнить - зачем пришел. Держа сверток на виду, подошел к дверце-близнецу, рядом с кухней, стукнул костяшками. Носатый служка выскочил, сверился с половиной пластины, которую подал Стрелок - совпала ли с прицепленным к ней номером? Хотя за два года мог бы и в лицо Стрелка запомнить. Но, порядок есть порядок, Стрелок со своими комментариями не лез...

Носатый неодобрительно повел ноздрями, еще раз глянул на Стрелка. Потащил из-за шеи один из шнуров - деревянную бляшку. Потер, поскреб ногтем - изрядно пахнуло. Дурьволна, как понял Стрелок, дошла аж до крайних столов, над ними поднялись головы, спины выпрямились, даже танцовщица глянула с интересом.

Надо будет тоже такой разжиться, - решил Восьмой. - А еще есть похмельные, но сильно дорогие.

Повел носом - пахло вполне путево, бодряще.

Уже вдвоем подошли к барной стойке. Носатый кивнул Большому Нику, тот скользнул взглядом, ощупал Восьмого от загривка до пят, задержал взгляд на машинке у пояса, но ничего не сказал, знал, что Стрелки капризны, когда дело касалось их машинок, а доход бару приносят приличный, да и туристы любят безделушки со Свалки и фотографироваться обожают с живыми Стрелками (пока еще живыми - Стрелки долго не живут).

Зашли за конторку. Панель отошла, за ней и часть стойки, открыла провал - очень узкую крутую лесенку. Только один может протиснуться. Как сам Ник сюда продирается? - в очередной раз удивился Восьмой.