- Слышишь? - обратился к бродяге. - Потащишь за собой вон тот камешек на веревке - куда покажут.

- Связал бы ты его, - еще раз напомнил Седьмой.

- И куда побежит? - спросил Восьмой. - Городской... да в калошах?

И попросил.

- Твоя смена - скажи Каптеру - пусть пару нищих выделит. Блок до границы отсыпки дотащить. Чтобы этот... (Восьмой почему-то стыдился называть бродягу живцом) раньше времени пупок не надорвал.

- Сговоримся ли?

- Скажи, что тех, кто поможет, пустишь груз раскурочить на выбор, по одному рылу на контейнер.

- Это - дело! - согласился Седьмой. - Не передрались бы...

Удачный сектор два-шесть. Развернут на теневую сторону. Хотя испарения уже поднялись, застилая горизонт, глуша солнце, линейность выстрела была хорошая.

Восьмой Стрелок специально выбрал часы первой смены. Он любил, чтобы все было по правилам хорошего выстрела. Чтобы солнце размытым пятном в спину, без резких, контрастных теней... Это только глубокой ночью, когда испарения рассеются, и вследствие ночной прохлады воздух очистится, вот тогда можно будет увидеть звезды, а поутру и солнце. Но как только начнет прогревать, все почти сразу застилает дымкой. К середине лета Свалка за ночь остывать не успевает. Неведомые брожения начинают происходить у нее внутри, и облако смока не покидает своего места до самой зимы.

- Ты, давай, иди, насчет нищих договорись, а то котейнера стоят - норму не разгрузишь.

- Постоят! Я сейчас у Каптера еще пукалку возьму. Хоть и одиночник, но лишние два-ста метров смогу тебя подстраховать. Стану на краю отсыпки, о треногу обопру и тогда уже с гарантией - милое дело! - как на стенде в упражнениях для дураков.

- Если стрелять придется, патрон за мной! - Восьмой тоже умел проявлять уважительность. - Только не усердствуй за чужой счет! - не удержался-таки от реплики и тут же ругнул себя за это.