Потом была превращенная в руины Отинна, но мы держались, мы стояли насмерть, и дело еще можно было поправить, если бы не промах интерпретаторов. Горры сделали все, что могли, но их, как всегда, не поняли до конца... И был Огненный Пояс, схватка света и тьмы, водоворот неукротимых стихий, вызванных из небытия теми, кто созидал и разрушал до нас... Был Огненный Пояс...
Но и там не было со мной никакой рыжеволосой спутницы...
- Я пришел, чтобы услышать твой окончательный ответ, - произнес Хруфр громким, но лишенным интонаций голосом. Было ясно, что это говорит не он, а какое-то переговорное устройство, некий кибернетический толмач, скрытый среди разноцветных конструкций. Этот ответ мы будем считать окончательным и в соответствии с ним будет принято решение. Итак, каков твой ответ?
Я обернулся к девушке. Она сидела неподвижно и напряженно, позабыв, кажется, о пистолете, и с мольбой смотрела на меня. Хруфр застыл, как выключенный механизм, и пахло от него так, как могло бы пахнуть от неземного механизма - нельзя сказать, что неприятно, но как-то не по-человечески; так мог пахнуть, скажем, регулятор уровней на Большом Марсианском канале.
- Я бы хотел еще раз услышать вопрос, - сказал я, поднявшись. Тогда я, возможно, смогу дать ответ.
Если Хруфр и удивился (если он мог удивляться), то ничем это не показал. Черный глаз продолжал пульсировать в том же ритме. Вновь зазвучал бесстрастный голос электронного переводчика:
- Повторяю вопрос: отказываешься ли ты от дара? Этот вопрос я задаю тебе в последний раз.