— Три, три, три. Девяносто два. Девятьсот шестьдесят три. Сергей Васильевич…

— Отлично. Скажешь, от Тегерана. Хмырь такой был… Есть. Пока есть. Мало кто его видел, но все знают. А главное, боятся. И еще, мочканут его завтра. Так что все тип-топ… Не всплывет. И бабла мне… Тебе, в смысле, за товар отвалят. По полной. Соображаешь?

— Да! А как она работает?

— Кто?!

— Машинка временная!

— Да пустяк. Можно трубу водосточную взять. Проводом обмотать. Выставить под углом… Но что это я? Сам не дурак, разберешься! Про бабки, про бабки думай. Тут ведь вот еще какая проблема. Через три дня…

…Словно изображение на экране накрывающегося телевизора, фигура небритого мужика исказилась и замерцала. При этом он лихорадочно пытался что-то подстроить на мониторе, прерывисто матерясь в краткие мгновения материализации. Еще секунда… И ни единый шорох не тревожит боле тишину подъезда. «Временная аннигиляция…» — осознал Валек. Вгляделся ошалело во мрак лестничного пролета. Вдруг, реальность подбросит еще какой сюрприз? И на ощупь двинулся к дверям своей квартиры.

В тревожном предвкушении грядущих событий Валя провел вечер за отстрелом виртуальных монстров на экране компьютера. И только к полуночи утомил мозги в той мере, чтобы заснуть.

Утром фантастические события минувшего дня казались не более, чем глупым сном. Но чем черт не шутит?

Валя подошел к телефону и принялся набирать номер. «Три, три, три. Девяносто два. Девятьсот шестьдесят три» — бормотал он себе под нос. В трубке раздалось несколько длинных гудков. После чего хмурый мужской голос произнес: «Слушаю. Говорите!» «Сергея Васильевича… Можно?» — попытался выговорить Валек предельно низким, хриплым голосом. «Слушаю. Говорите!» — повторил мужчина столь же хмуро. Валя медленно положил трубку на рычаг… В ближайшие десять-двенадцать часов предстояло последовательно продумать план грядущей операции.