– Третий, Дами. Третий "запертый". Через пару часов пронюхают репортеры, и в нас опять полетит дерьмо.

Дамьен придвинул к себе панель. Пробежался по строчкам и удивленно поднял брови.

– Профессор астрологии? Что за чушь?

– Известнейший профессор астрологии, - палец Урссона опять уставился ему в переносицу. - Который ехал на одно из своих идиотских собраний и доехал трупом. Трупом. Три якобы огнестрельных ранения в грудь, одно из них оказалось смертельным.

– Мобиль нетронут.

– Естественно!

– Пуль нет. Преступника нет. Водитель ничего не видел и не слышал. Его задержали, но, похоже, он действительно ни при чем.

Урссон зашипел как рассерженный еж. Дамьен невидяще уставился в сообщение.

– Жена казначея Партии Неприсоединившихся, подающий надежды физик, теперь - старый шарлатан, который никому не мешал. Первая найдена в собственной спальне с перерезанным горлом, второму размозжили череп прямо в вагоне монорельса, третьего застрелили в мобиле. Оружия нет, преступника нет, мотив... Не понимаю.

– Мы должны понять, Дами. Иначе через пару дней таким же трупом может оказаться большая шишка, и вот тогда...

Дамьен рассеяно подергал себя за длинную прядь.

– Не накаркайте, шеф.

* * *

Вызов протрещал в половине второго. Дамьену понадобилось нечеловеческое усилие, чтобы разлепить глаза.

– Шеф?

– Дами, мальчик, давай в контору. Прямо сейчас.

Детектив почувствовал, как холодная лапка цапнула его за сердце.

– Только не говорите, что это еще один "запертый"...

– Сенатор Фольмах. Прямо во время пресс-конференции.

– Проклятье!

– Хуже.

Урссон даже выглядел похудевшим. Опавшие щеки висели бульдожьими брылями. Последний новостной выпуск он вывел на большой экран, и буквы заголовка "Сенатор стал еще одним "запертым" трупом. Почему молчит отдел аномальных явлений?" издевательски вылупились на вошедшего детектива.