Я ел сэндвич, хотя аппетит пропал начисто. Он еще секунду-другую смотрел на меня, и я уже подумал, что драки избежать не удастся, но потом все-таки разжал кулаки. Разорванная резинка упала на пол. "Ты ничтожество, процедил Шкипер. - Гребаное, длинноволосое хипповое ничтожество". И ушел. Произошло это через несколько дней после того, как он защемил мне пальцы между тележками, а еще через несколько дней Шкипер лежал на атласе в методистской церкви, и уже не мог слышать звуки органа. Он сам на это нарвался. Так, по крайней мере, я тогда думал.

- Маленькое путешествие в страну памяти? - спросил мистер Шарптон, и его слова рывком вернули меня в настоящее. Я стоял между двумя автомобилями, стоял рядом с площадкой для тележек, где Шкипер уже никому не прищемит пальцы.

- Я не знаю, о чем вы говорите.

- Неважно. Запрыгивай в кабину, Динк, и потолкуем.

Я открыл дверь "мерседеса", сел на пассажирское сидение. Господи, как же там пахло. Кожей, но не просто кожей. Вы знаете, в "Монополии" есть карта "Освобождение от тюрьмы". Если ты достаточно богат, чтобы позволить себе автомобиль, в салоне которого пахнет так же, как и в "мерседесе" мистера Шарптона, у тебя должна быть карта "Освобождение от всего".

Я глубоко вдохнул, задержал дыхание, наконец выдохнул.

- Это предельно.

Мистер Шарптон рассмеялся, его чисто выбритые щеки поблескивали в отсвете приборного щитка. Он не стал спрашивать, о чем я, и так все понял.

- Предельно, но доступно. Во всяком случае, для тех, кто не упускает своих шансов.

- Вы так думаете?

- Знаю, - и в голосе его не было ни тени сомнений.

- Мне нравится ваш галстук, - я это сказал, чтобы заполнить паузу, но не покривил душой. Галстук, конечно, предельным я бы не назвал, но он мне действительно понравился. Вы знаете такие галстуки, с множеством черепов, или голов динозавра, или клюшек для гольфа. Галстук мистера Шарптона украшали мечи, каждый держала крепкая рука.