В этот раз, за несколькими исключениями, они, по-видимому, не обращались к экспертам.

Второй раз в истории был разбит ларец с Портландской Вазой. Через пять секунд, подумал Эштон, тревога охватит весь музей и здание наполнится шумом. Но за пять секунд он может быть за много миль отсюда. Это была пьянящая мысль, и поскольку он работал быстро, чтобы выполнить контракт, он начал сожалеть о цене, которую запросил. Впрочем, и сейчас еще было не поздно.

Он подумал, что выбрал хорошего помощника, когда увидел, что Стив выносит во двор большой серебряный поднос из сокровищ Милденхолла и кладет рядом с внушительной теперь кучей. «Все, партия,» сказал он. «Я должен быть у себя этим вечером. Возьми эту штуку себе.»

Они вышли на Хай Холборн и выбрали уединенную сторону улицы, чтобы рядом не было пешеходов. Эштон расстегнул хитрую пряжку и отошел от своего компаньона, видя, как тот застыл в неподвижности. Стив был снова уязвим, двигаясь вместе с другими в потоке времени. Но прежде, чем будет поднята тревога, он потеряется в Лондонской толпе.

Когда он вернулся на музейный двор, сокровищ уже не было. Там, где они лежали, стояла его посетительница – как давно? Она была по-прежнему спокойна и грациозна, но выглядела немного усталой. Он приблизился к ней, пока их поля не слились и теперь они не были разделены пропастью молчания.

«Я надеюсь, вы удовлетворены,» сказал он. «Как вам удалось унести все это так быстро?»

Она коснулась браслета вокруг ее запястья и слабо улыбнулась.

«У нас много других возможностей, кроме этого.»

«Тогда зачем вам понадобилась моя помощь?»

«На это есть технические причины. Было необходимо переместить те предметы, которые нам требуются, в одно место. Таким образом, мы могли собрать только то, что нам нужно, и не превысить предел – как бы это назвать? – транспортных возможностей. Теперь могу я получить браслет назад?»

Эштон медленно отдал тот, запасной, но не проявил намерения снять собственный. Это могло представлять опасность, но он намеревался отступить при первых ее признаках.