На протяжении нескольких сотен лет Марс оставался на втором плане; процветающий, но всё ещё тусклый по сравнению с блеском Земли, которая сияла ярче, чем когда-либо прежде. Благодаря перемещению отраслей промышленности, к которым предъявлялись значительные экологические требования, на Марс, Земля могла прибрать к рукам всё без необходимости нанесения ущерба её измученной биосфере. То было время Земного Процветания; кульминационный момент экономического, культурного и социального развития на старой Земле.

Однако это не могло продолжаться бесконечно. Подобно постепенному отделению Америки от своей метрополии, правительства Марса выработали новую систему марсианской самоидентификации. Они стали Марсианскими американцами.

Различие между Землей и Марсом было не только политическим. Смена нескольких поколений в условиях меньшей силы тяготения придала телам новых американцев удлинённые, гибкие очертания, которые выглядели бы нереальными в их старом мире. Это, в сочетании с некоторой долей генной инженерии, вывело отличия марсиан на новый уровень.

На какое-то время молчаливый раскол между двумя планетами был взаимно признан, и баланс сил находился в шатком равновесии. Но марсианско-земная ничья не могла длиться вечно. Обладающий безграничными ресурсами и энергичным населением, Марс просто обязан был взять инициативу в свои руки.