В конце концов он трогается в путь - не торчать же здесь вечно, но тут же и останавливается, ослепленный острым лучиком, идущим снизу. Нихад нагибается и подбирает бриллиант, оброненный впопыхах отошедшей парой.

Небольшой бриллиант, чуть больше вишневой косточки, но чистый и хорошо ограненный. Долго стоит Нихад и вглядывается, зачарованный ясным сверканием граней, затем вздыхает, прячет камешек в карман и начинает вертеть головой, соображая, куда направиться.

3

После недолгого блуждания по лабиринту заборов и сараев, ноги вынесли Нихада в короткую, совершенно безлюдную и очень тенистую улочку. Нихад сделал несколько шагов по булыжной мостовой и остановился. Что-то не помнил он, чтобы они по этой улице проходили. Нихад оглянулся на подворотню, из которой вышел. Рядом была еще одна, темная, грязная, и из нее доносились приглушенные голоса и непонятные звуки. Нихад подошел к арке и осторожно заглянул внутрь. Возня и голоса стихли. Из темноты на Нихада смотрели несколько пар блестящих глаз. Что-то странное и неестественное почудилось Нихаду в этом блеске, но не до обдумывания было - спросить бы дорогу и все. Спросить он не успел. Послышалось резкое шипение, и в лицо ему ударила струя едкого, сладковатого тумана.

Нихад бросился прочь. Он узнал запах "скрэка" - популярной среди подростков дурманящей жидкости. Привозят ее матросики из Веспуччии. Подростки распыляют "скрэк" с помощью обычных парикмахерских пшикалок и, надышавшись, созерцают цветные видения.

Нихад с проклятьем отшатнулся. Он глубоко дышал, стараясь очистить легкие. Но голова все равно кружилась - успел-таки вдохнуть.