– И давно ваш народ научился таким путешествиям?

– Десять лет назад. А твой?

– Триста лет назад. Он уважительно кивнул.

– В таком случае ты должна понимать, о чем говоришь. Наверное, дьяволов действительно нет, и мы не в аду.

– Как вы пользуетесь своими приборами?

– Ими пользуются змеи. Если тебе не противно, могу показать. Я взглянула на Сынка.

– Ты не боишься змей? Он покрутил головой.

– Сейчас - нет. Кстати, не пора ли познакомиться?

– Джин Фробиш, - представился индеец.

Я тоже назвала свое имя.

Змеи вползли по его свистку и собрались посередине кабины, образовав два клубка по полсотни особей в каждом. Фробиш отдал какую-то команду на немыслимом птичьем языке. Змеи повиновались немедленно. Прильнув к приборам, они приступили к делу, рапортуя шипением и чавканьем. Джин кивнул, и змеи расползлись.

– Особая порода? - осведомилась я.

– Техтоногенная селекция, - сказал он. - Отличные работники, не обладающие собственной волей ввиду отсутствия центральной нервной системы. Они умеют запоминать и размышлять - коллективно, но никак не самостоятельно. Понимаешь? - Он позволил себе легкую улыбку, гордый своими слугами.

– Кажется, понимаю. Ты, Сынок, тоже плод особой селекции?

– Я служил талисманом, - ответил плюшевый медведь. - Я могу размножаться самостоятельно - были бы условия.

Тема оказалась щекотливой, и я поспешила увести разговор в сторону.

– Скажите, Джин, вы управляете отсюда всем кораблем?

– Теми частями, которые откликаются.

– Ваши компьютеры могут подсчитать, какая часть корабля находится под контролем?

– То, что осталось от корабля, отзывается отлично. Остальное барахлит или вообще молчит. Я как раз пытался определить степень поражения, когда появились вы.