Маккой вздохнул.

– Никогда не думал, что увижу такое. Но я всё понимаю. Ты хочешь остаться здесь. Я даже сказал бы, ты крайне заинтересован в том, чтобы остаться в этой богом забытой глуши.

А ещё каких-нибудь десять минут назад, подумал Спок, Маккой расхваливал стряпню Зарабет и рассыпался в комплиментах.

– Только что Вас такая возможность казалась Вам весьма привлекательной.

– Послушай меня, – сказал Маккой, – ты, остроухий вулканский…

Прежде, чем Спок успел осознать, что он делает, он схватил Маккоя за плечи и поднял с кровати.

– Мне не нравятся Ваши шуточки, – сказал он. – И никогда не нравились.

Маккой, казалось, ничуть не был напуган. Он просто смотрел на Спока спокойным, изучающим взглядом.

– Что с тобой, Спок? – спросил он. – Что происходит?

Спок отпустил его.

– Ничего такого, что не должно было произойти давным-давно.

– Давным-давно, – тихо повторил Маккой, продолжая разглядывать Спока. – Да, именно… Давным-давно.

Взгляд его вызвал у вулканца какое-то непонятное беспокойство. Резко развернувшись, он вышел в другую комнату, где Зарабет накрывала на стол. Заслышав его шаги, она подняла голову и улыбнулась.

– Сейчас будет готово. Хотите попробовать?

– Благодарю, я не голоден.

Она подошла и села рядом.

– Я понимаю, что Вы сейчас чувствуете. Я знаю, что это такое – когда вас посылают сюда против воли.

– Мои чувства, как Вы их называете, не имеют значения. Я принял ситуацию, как данность.

– Я не стану притворяться, будто мне жаль, что Вы здесь, хотя я понимаю, что для Вас это несчастье. Я, как и Вы, оказалась здесь не по своей воле.

– Я сожалею, что не знаю способа вернуть Вас в ваше время.

– Я не хочу сказать, что хотела бы вернуться, – сказала Зарабет. – Теперь это – моё время. Я уже смирилась. Но здесь было так одиноко. Вы можете понять, что это такое – быть одной, совсем одной?