- Удвоились бы, говоришь? - Бол вновь задумался. - Так-так… А ну-ка, Ван, потащим вместе этот булыжник наверх. Жаль только, что не увидим, как он тут будет мучиться, - и черти усердно покатили камень в гору.

А Сизиф приплясывал:

- Ну, камешек сбагрил, пора и дёру, - он скорчил рожу, состроил спинам чертей пальцами «нос» и побежал прочь, сгребя в подол туники все деньги, что были на кону.

- Ну? - спросил у Ерофея Сатана, выключив телеящик. - Как ты теперь смотришь на дружбу? Уж Бол, Ван и Сизиф - друзья, водой не разольёшь. А он их надул да ещё вместо себя подставил камень тащить. Слыхал про Сизифов труд?

- Слышал… - вздохнул Горюнов.

- Не внимай ему, Ерофей, - сказал седовласый. - Не в деньгах счастье.

- А в чём? - возразил Сатана. - Пошли, покажу одно местечко, - и он быстро повёл обоих собеседников в другой зал, где блестели, словно хрустальные, окна, под потолком сияли светильники, а во всю длину и ширину зала голубел отделанный серебряной плиткой бассейн (всем известно, что ионы серебра имеют дезинфицирующее свойство). А вокруг полусидели-полулежали на мягких подушках люди.

- Глянь, Ероша, чем этот котёл отличается от бассейна? Плати тысячу в месяц и существуй себе припеваючи! Конечно, это дороговато, и нам пришлось немало побегать, чтобы собрать и обложить налогом в Тихгоре все охладители, но зато котёл вышел классным.

- Да уж, простому человеку не по карману, - съязвил старец.

- Да кто мешает деньги иметь? Копи и существуй потом вечно.

- Но и плати - вечно! С трудовых доходов много не накопишь, тем более на такой котёл.

- Зато есть не трудовые, - отпарировал Сатана. - А иные и льготами пользуются. Грешники - такой народ: горбатиться особенно не привыкли. Верно, Ероша?

- За упорный труд на земле праведники вознаграждаются отдыхом на небе! - возопил старец. - И могут получить из наших рук всё, что захотят!

- Га! А на земле ничего не хотят и без штанов ходят! - заржал Сатана.