От моря начиналась стена, которая на всем своем протяжении отстояла от самого большого водного кольца и от гавани на 50 стадиев. Пространство возле нее было застроено, а проток и самая большая гавань были переполнены кораблями, на которых отовсюду прибывали купцы. Днем и ночью здесь слышались говор и шум. "...Весь этот край, - сообщает Платон, лежал очень высоко и круто обрывался к морю, но вся равнина, окружавшая город и сама окруженная горами, которые тянулись до самого моря, являла собой ровную гладь; в длину она имела три тысячи стадиев, а в направлении от моря к середине - две тысячи". В последнем описании Платон, не делая оговорки, впервые уводит своего читателя с острова-метрополии на какую-то иную территорию, ранее даже не упоминавшуюся. Атлантологи зачастую не обращают внимания на это обстоятельство. Тем не менее это так. Ведь дворец Посейдона находился, согласно тому же Платону, в центре всего острова Атлантида. Указано даже, что он располагался на равном удалении от берегов. Но оказалось возможным все же соединить резиденцию царей с морем широкими судоходными каналами. Из этого прямо следует, что остров был небольшим. Несколькими же страницами ниже Платон пытается убедить нас, что равнина, окружавшая город, была протяженностью свыше 500 километров, а шириной-360 километров. Ясно, что морской порт располагать в центре этой равнины атланты не могли, несмотря на развитую систему каналов для орошения. О чем же идет речь?

Ответить на этот вопрос не так-то просто. Из предыдущего текста "Крития" мы знаем лишь, что земли, подвластные Атлантиде, занимали обширные территории Средиземноморья. Известно и о существенном изменении береговой линии с тех давних времен...

Однако, как ни парадоксально, в противоречии, этом можно все же почерпнуть аргументы, свидетельствующие в пользу Атлантиды. Ведь если бы Платон сочинил диалоги для иллюстрации своих политических взглядов, как утверждают противники Атлантиды, то он позаботился бы о том, чтобы освободить свои построения от противоречий. Наличие же их свидетельствует: записывал он по памяти.