Подойдя к странному сооружению, которое видел Ерофей сверху, Ангел открыл дверь небольшой обшарпанной кабины и гостеприимно пригласил Ерофея внутрь.

Горюнов с опаской ступил вслед за Ангелом: уж больно всё какое-то ненадёжное на вид.

Ангел нажал на кнопку «пуск». Кабина затряслась, что-то заскрипело снаружи, однако не сдвинулась с места.

- Ох, опять сломалось! - горестно развёл руками Ангел. - Придётся к проклятому Сатане обратиться, - и лицо его страдальчески сморщилось.

Ангел вышел из кабины, направился к аппарату, похожему на земной телефон, ободранному, как и кабина, снял рожок, долго щёлкал пальцами по мембране, дул на неё, крутил заводную ручку, пока из аппарата не раздалось:

- Это ты, Ангелочек? - голос у Сатаны был развесёлый.

- Он видит нас, - шепнул Ангел Ерофею, и заискивающе улыбнувшись, ответил. - Я, я, Степан Антонович! Я к тебе с просьбочкой небольшой: не повелишь ли Бабе Яге дать нам метлолёт, чтобы до Соврая добраться?

Сатана истинно по-мефистофельски расхохотался:

- Опять колымага твоя сломалась? Давно тебе предлагаю: гони валюту, и я тебе дам лучших специалистов! - Ангел при этом печальнейше вздохнул, а Сатана продолжал: - И поставь, наконец, видеофон, ни черта не видно и не слышно, когда ты на связи. А Бабе Яге, так и быть, звякну. Ждите чёртомобиль, - и он опять захохотал.

- Садись, Ерофей, - предложил Ангел, опускаясь на шаткую скамеечку возле аппарата. - Скоро прибудет экипаж, у них сервис на высоте, проклятый Сатана слово умеет держать, если его какой-нибудь чёрт не попутает.

И, правда, минут через пять к ним подкатил роскошный, но странный лимузин: спереди - как «Форд», сбоку похож на «Тойоту», а сзади - неизвестно на что, причём автомобиль постоянно менял свои очертания.

- Садись, садись, - подтолкнул Ангел Ерофея к машине. - С ветерком доедем до метлодрома. Эх, какой русский не любит быстрой езды! Трогай, милейший, - и махнул небрежно вперёд рукой, словно какой-либо князь своему лакею. Выглядел он заносчиво и высокомерно.