- А как отличить фальшивку от настоящей? - поинтересовался Ерофей.

- Элементарно! - ответил пренебрежительно Сыскарь. - Детали рисунка смазаны, номинал по верхнему срезу должен быть рельефным, а на фальшивках такой выпуклости нет, после стирки пригодны лишь в качестве туалетной бумаги, рубли российские, например, и стирка не берёт. Кроме этого… - Сыскарь сделал многозначительную паузу и совсем приник к уху Ерофея: - Сатана уличён ещё в нескольких преступлениях. Раз… - он загнул костяшку пальца, - злоупотребление служебным положением: имеет виллы здесь и в Соврае - и всё это за счёт бюджетных средств Тихгора. Два… - и он загнул вторую костяшку, - занимает две должности и получает при этом две полные ставки, скрывая доход от налоговой инспекции, три - берёт взятки…

Сыскарь ещё что-то говорил, но Ерофей не слушал, барабаня пальцами по крышке обширного стола. Он думал. Стол у Сатаны был особенный - на его полированной поверхности всё изображалось наоборот: Сатана выглядел писаным красавцем, а Ерофей видел жуткую образину и потому накрывал стол «Кривдой», обнаружив при этом, что стол высвечивает в газете написанное между строк. Но сейчас ему было не до чтения.

- Ладно, - наконец сказал Ерофей и отпустил Сыскаря, - свободен.

А сам лихорадочно соображал, как поступить, ведь заварил он такую крутую кашу, что аукнулось даже в Соврае, и там всеё забурлило и заклокотало, вот даже Сыскарь на Сатану «капает» безбоязненно. Но что делать дальше, Горюнов не знал. «Надо с Танталом посоветоваться», - решил Ерофей, тем более что подошло обеденное время. Он вызвал чёртомобиль и уже через несколько минут был в «Танталово».

Присев на свой любимый камень, Ерофей брал пищу, не забывая и о Тантале, рассказывал одновременно о своих возникших проблемах.