Как выяснилось, за прошедшие часы Герта успела подготовить для него подробное досье на Збикрота, в том числе сведения, касающиеся его работы в Сети. В кампусе у Збигнева Кротовски оказалось немало знакомых - в основном людей, с которыми он вместе обедал, играл в одной команде (спортивной или сетевой) или занимался экстремальным программированием

Начал он с того, что попытался систематизировать записи по длине, количеству слов и параграфов. Когда все было готово, Лоренс стал просматривать самые короткие файлы, но сразу понял, что почерпнуть здесь что-либо полезное вряд ли удастся. Многие из них напоминали, по сути, что-то вроде недоуменного пожатия плечами: мол, не знаю, не могу сказать, затрудняюсь ответить.

Ничуть не более содержательными оказались и самые длинные записи. Все их можно было разделить на две основные категории: пространные жалобы общего характера от новичков, которые еще не освоились с повседневной рутиной Ордена, и не менее многословные протесты старожилов, проработавших со Збикротом достаточно долго, чтобы считать его образцовым братом.

С этой частью работы Лоренс тоже справился достаточно быстро и перешел к файлам средней длины. Довольно скоро он убедился, что большинство из них также полны общими словами и характеристиками, которые обычно дают коллегам во время ежегодной аттестации: приятный, общительный, хороший работник и т. д. и т. п.

Возможно, впрочем, что где-то в этом стоге сена (Лоренс подсчитал общее количество слов и получил 140 тысяч - примерно два полноценных романа) и скрывалась пресловутая иголка - некий ключ, с помощью которого он смог бы разобраться в природе обнаруженной Аномалии. Правда, на то, чтобы пропустить через себя всю информацию, ушло бы добрых три дня, но другого выхода Лоренс не видел... «Что ж, - подумал он, - придется постараться».