- Нет, таких мест на озере достаточно, но у него были наиболее любимые. Он и в тот вечер стоял там. Видите, там буек плавает, его полицейский из Кремпле поставил.

Свенгвельд показал на озеро. Место, где произошел взрыв, находилось ближе к противоположному берегу, довольно круто поднимавшемуся вверх. В этом месте среди сосен была солидная проплешина, как будто кто-то вырубил широкую просеку для ветра.

От гостиницы до этого места было примерно два километра, определил на глаз Йенс. Далековато. А вот до того берега метров двести, не больше.

- А господин Ларссон курил?

- Еще как! Он трубку изо рта не выпускал! Пыхтел, как паровоз. И выбивал свою трубку где попало, однажды прожег здоровенную дыру в моем лучшем ковре в гостиной.

Йенс вздохнул - дело безнадежно ясное - курил, выбивал трубку, где ни

попадя... вот и довыбивался. Позади нерешительно кашлянул Карл.

- Свидетелей хоть отбавляй и все твердят одно и то же.

- И что же они твердят?

- Четыре человека смотрели в тот момент на лодку Ларссона. Знаете, рыбаки народ завистливый. Когда у тебя не клюет, а другой таскает одну рыбину за другой...

- Ясно. Так что же они видели?

- Ларссон, за несколько секунд до взрыва, поднялся из кресла и наклонился над бортом.

- И что?

- Ничего, в это время и бабахнуло. Ларссона подбросило вверх метра на три. Все остальное тоже полетело по сторонам. Когда подошли, все оставшееся от взрыва плавало. Господин Ларссон тоже. Он был мертв, в легких воды не было, так что он не утонул. Сильная контузия.

- Повреждения, раны, ссадины?

- Ничего, кроме ожогов и мелких царапин, видимо, от обломков. Все тяжелое утонуло, вместе с остатками лодки.

- Водолазы искали?

- Да, собрали кое-какие железки. Удочки. Мотор... Ничего интересного.

- Ничего интересного, кроме, конечно, того, что сидел человек в своей лодке, таскал окуней, потом приподнялся и... ба-бах!