Под левым локтем покоился пистолет, в рюкзаке лежала ЛАС-3 (лодка авиационная спасательная, на троих), в которую был завернут обрез тульской двустволки 16 калибра и тридцать патронов. Правда с продуктами у меня было совсем никак. Банка консервов и пол-курицы никак не могут считаться серьезным припасом. По дороге надо отовариться где-нибудь.

Что там Шурик говорит?

– ... кажется, что у них проблемы какие-то ...

Ну это ладно, лишь бы не связано со мной.

– Я пойду устраиваться.- перебил его. -Какое купе?

– Девятое.- виновато ответил Шурик.

Все ясно, рядом с туалетом. Я вздохнул. И здесь повезло.

– Где слезаем?

– В Нижнеудинске.- заторопился он. -А потом...

Я махнул рукой.

– Потом, будет потом.

Надо было подумать, и как себя вести, и что это все означает. Цепь невероятных случайностей? Слишком сладко, чтобы быть правдой.

Я зашел в купе. В открытую дверь несло застарелой мочой, а матрасы видимо попали сюда по бартеру из морга. Закинул рюкзак на третью полку, вынул тетрадку и на титульном листе поставил точку. Этому способу нас учили в школе, а инструктора звали Петрович.

– Я буду учить вас искать.- сказал он.

– А я думал мы попали сюда потому что умеем это делать!

– Вот с тебя мы и начнём! Первое: Вы здесь потому, что у вас есть талант. Дар находить потерянное. Я не знаю как это у вас получается. Этого не знает никто, даже вы сами. То что вы делали раньше, это гадание на кофейной гуще, девятнадцатый век. С тех пор появились новые методы поиска, и новые приборы...

Итак, первая точка:

Тридцать шесть дней назад, в стране Тафаларов исчез самолет. Это вверх по реке Уде, очень популярный туристический маршрут. Сплавляются кто на чём. Но, это по реке. В тайгу не лезут. Из достопримечательностей: пещеры - одна ледяная, а другая лубяная, мемориал Валерия Грушина, метеостанция Хатома и рисунки доисторического человека, (могли бы нарисовать и получше). Само собой, красота кругом неописуемая, предгорья Саян. Вот здесь и была собака зарыта.