— Зря ты так, — сказал я. — Плохого они тебе ничего не сделали.

— Им там тоже ничего плохого не сделают, — пожал он бронзовыми плечами. — Будет просто смешно, и все. В конце концов, снимут комнату.

— Жалко, ты их не видел, — сказала Зойка, сгребая волосы на лоб и потом резким движением головы перекидывая их назад. — Тумбочки. И он, и она. И детки у них точно такие же, только поменьше. Тупые тумбочки.

Глаза ее будто бы чуть косили, и смотрела она поэтому не совсем на меня. Даже в этом она стала похожа на Тедди.

— Марик приехал, — сказал Тедди.

— На хомяка стал похож, — сказала Зойка. — Щеки вот такие, — она показала. — И глазки не открываются. Здоровается вот так… — она протянула два пальца с непередаваемым выражением вселенской скуки на лице. С такой гримасой, наверное, патриарх Никодим выслушивал бы исповедь старой больной церковной мыши.

— Я вдруг растерялся, — Тедди почесал за ухом, — а она знаешь как ответила? Во, — и он протянул вытянутый средний палец.

— Этот хренчик будто яйцо прищемил на званом балу, — засмеялась Зойка. — Надулся еще больше…

Марик (но не Марк, как можно подумать, а Марлен) был нашим с Тедди одноклассником. В прошлом году на него внезапно свалилось многомиллионное наследство. Произошло это так: отец его, работавший инженером в нашем университете и увлекавшийся составлением головоломок, неожиданно для себя пробился в финал видеоигры «Остров сокровищ» и выиграл было даже главный приз, но рискнул на ультима-гейм и проигрался в пух и прах. Тем бы все и кончилось, но, на его беду, в этот день какая-то страховая компания проводила рекламную акцию. Беднягу в рекламных целях застраховали от проигрыша, и вместо приза (это была семейная поездка в Кению) он получил пятьдесят миллионов рублей, но — не спешите радоваться — в виде страхового полиса! Это транслировалось на всю страну. Два месяца спустя отец был тяжело ранен в какой-то шальной бандитской перестрелке — вместе с дюжиной таких же случайных прохожих — и умер по дороге на операционный стол. Еще через два месяца младшего сына похитили и запросили выкуп: тридцать миллионов. То есть почти все, что осталось после уплаты налогов.