Эхе отыскивала всё новые и новые комнатки, удивляясь их бесконечному количеству. В спаленках она предавалась неистовой страсти с Саганом Себдеком, в туалетах красилась и румянилась, уговаривала Эсеге пожить с ней в будуарчиках век-другой для получения маленького, но свежего чувства радости, но тот не желал выходить из тронного зала никуда, кроме как на девятое небо. Приходилось супруге спускаться вслед за ним в сад радостей земных, где Эсеге Малан, чтобы упокоить папашу, создал нечто вроде дендрария – насадил плодоносящих растений всех земных видов. Юрен отдавалась среди цветов и плодов. Плоды вроде бананов напоминали ей что-то хорошее. Что именно, она не догадывалась…

В саду родились Шаргай и Хухедей (Хохосо). Хохосо родился с очиром в руках. Очир из скалы имел форму диска, сто углов и тысячу зубцов. Свет, отразившийся от него, рождал молнии. Запущенный под медный свод, очир вызывал дождь.

В спаленке Юрен, не эхнув, родила Яшил Сагана, метающего не молнии, а метеориты. Хухедей женился на Хултей-хатан, и та родила ему сыновей от Себдека – Хурсай Сагана и Сарь Сагана-тенгри Сахилгату Будала, «сияюще-белого молниевого» помощника.

Будурга Саган женился на Сахале, она разродилась тройней. Родились Сахядай-нойон, Буха-нойон и тенгри Венеры Солбон, всадник с арканом.

Солбона тут же приспособили пасти небесные стада. Но какое же это скучное занятие – пасти да пасти, и он придумал путешествовать в будущее. Познакомился там с женой Хан-Баты – Хултей Малган. Соблазнил её семиметровым хреном, от которого родился заян (дух-повелитель) Хитаран-Зарин (табун, заман). Хитаран был до того хитёр и ядовит на язык, что мигом свёл своего неродного папашу Бату в могилу. Пока Солбон развлекался на земле, в небесах стада пас табунщик Добёдой, Солбонов пащенок от землянки. Табунщик довёл-таки до беды небесный скот, заразив его ящуром, который подхватил на земле от змеевны-лемурийки.