Каждый день, примерно с десяти утра, Сидоров отставляя в сторону дела по основной специальности, делал индифферентное лицо и вызывал мир к жизни. Вся программная кухня была спроектирована так, что обеспечивала преемственность развития от сеанса к сеансу. После завершения очередного этапа работы программа записывала свое состояние в файл на диске, а при следующем запуске состояние мира восстанавливалось и развитие продолжалось своим чередом. Сидоров мог, конечно, в любой момент запустить все сначала, но это был бы уже совсем другой мир, а творить каждый день по миру не стоило, потому что развитие шло довольно медленно, и ничего интересного на начальных этапах не наблюдалось.

Модель вела себя вполне пристойно. То есть, квази-Адам с квази-Евой бродили по квази-Раю и, при безоблачном небе, наслаждались жизнью. Безмозглый ангел систематически сообщал Сидорову об их настроениях и мыслях. Настроения были радужные, а мысли - простые, как огурец: "Вот птичка чирикает. Вот бабочка порхает. Вот пчелка жужжит." Звали бы эфемерные божьи создания, каких трудов стоили Сидорову все эти бабочки пчелки и ручейки!

----

Шли дни, недели... Бабочки продолжали порхать, птички чирикать. Однако, вопреки всем предшествующим, усилиям Сидорова, самовоспроизводиться, то есть размножаться и плодиться никто в модели не желал. В том числе и Адам с Евой. Сидоров безуспешно ломал себе голову, пытаясь понять, в чем тут дело...

Догадка приняла внезапно, как и всегда в таких случаях. Ошибка была допущена не на этапе реализации проекта, а в самой концепции.

Да, Сидоров предусмотрел возможность размножения, то есть появления в модели новых квазиорганизмов, но совершенно упустил из виду необходимость их гибели. Модель же была сбалансирована по ресурсам, и поскольку никто не хотел умирать, никто не мог и родиться.