Бои в городе разрастались. Тогда на помощь подошла колонна бронетехники российской морской пехоты из Севастополя, и помогли эвакуировать гражданское население в Севастополь. Бункер законсервировали, а сами влились как отдельное подразделение в состав сводного батальона морской пехоты. Многим занимались, на броне сопровождали колонны беженцев, выбивали из пригородов татар, деблокировали здание СБУ и МВД в центре города. Потери были не малые, но наша четверка, как костяк отряда, оставалась неизменной.

Киев уже ничего не мог контролировать. Паника и парад суверенитетов пошел лавиной. Экстремисты, да и просто бандиты, повылазили из всех щелей. Грабежи и бардак стал обычным явлением.

Со временем мы уже переоделись в форму морпехов и наши армейские звания были утверждены. Я сначала командовал взводом, потом сводной ротой. Часто работали в зеленке против татар. Недалеко от Симферопольского водохранилища произошло крупное боевое столкновение с организованными татарскими формированиями. Они на захваченной бронетехнике двигались к Симферополю. Но спецназ украинских внутряков успел их засечь и сообщить нам. Мы уже давно работали в плотном контакте. Поэтому развернутые батарея Д-30 в парке симферопольского университета и две установки «Град» их накрыли, а тех, кто попытался удрать, внутряки пожгли из гранатометов. В одной из таких вылазок от пули снайпера погиб Колька Ремезов.

С Турции, покрытой радиоактивными осадками, повалил народ, в основном татарская диаспора, и начался сущий ад. Корабли Черноморского флота топили все, что плыло с юга. Украинские ВМС попытались покачать права, но после того как корвет «Луцк» был на рейде атакован и взят штурмом морскими пехотинцами, разговоры про власть в городе утихли. Город готовился к третьей обороне. Вскоре нам пришлось отражать турецкий десант в районе Ялты и Алушты.