– Иди уже… дурачина…- безнадёжно попросила она. Я подошёл, и, набравшись смелости, поцеловал её. Сначала – в один глаз, потом – в другой. Потом её губы начали осторожно и нерешительно искать мои… 'Надо же,- думал я,- и это – наша неприступная Лидочка, которая щипает за руку кавалера во время танца, если эта рука, по её мнению, оказалась в неположенном месте'…- Нацеловавшись, Лидочка спрятала свою умиротворённую мордашку у меня на груди и мы долго стояли, прижавшись друг к другу. Чёрт знает, что такое – но вдруг какая-то непонятная нежность, какое-то неведомое мне доселе чувство стало переполнять меня… Любовь? Вряд ли… Просто какое-то желание окружить её собой, обезопасить, оградить от невзгод этого мира… 'Странно…- Думал я.- И что это вдруг со мной?'. Зазвонил телефон. Девочки из бухгалтерии интересовались, 'чего это он до сих пор не идёт?'. Я взглянул на часы – прошло уже больше часа. Ну и ну… Лидочка что-то пыталась им объяснять, но – сбившись и запутавшись, в конце концов просто выдернула шнур из розетки. Потом, немного подумав, воткнула назад, но – не до конца, а так – лишь бы держалось. Взяла трубку, послушала – тишина.

– Иди, Анри…- Обречённо вымолвила она.- Всё равно теперь уже ничего не изменишь…- Я взял её руку в свою, сжал кончики пальцев:

– Не грусти, Красная Шапочка… Даст бог, Серый Волк ещё вернётся… Целым и невредимым…

– Иди…- И я пошёл. Нет нужды описывать, что творилось у меня в голове, когда меня пытались заставить пересчитывать полученные деньги, подписывать какие-то бумаги… Как в тумане, я сел в самолёт – удивительно, что в нужный; в полной прострации провёл весь полёт – ничего не видя и не слыша, думал о Лидочке… Вот ведь незадача…

– Вас приветствует аэропорт Кайаны! Добро пожаловать на землю Ункарии!- Наконец вернул меня к действительности голос стюардессы. Я очнулся, огляделся. Турбины взвыли, перейдя на реверс – и спустя пару минут всё стихло. Пассажиры начали пробираться к выходу. 'Интересно,- отстранённо думал я,- ну, почему это должен был быть именно я?'