-- Мы, братья Его, поднимем знамя и спасем мир! -- гордо возвестил Святой Отец.

-- Спасали уже... Жгли, вешали, убивали, проклинали и отлучали.... Могли бы полторы тысячи лет назад космос освоить. На руки, на руки свои посмотрите, Святой Отец! Порчи, корчи на народе, прошли бы по желтым домикам, да подняли хоть одного умалишенного, одержимого бесами... Но нет, не тот уровень! Вам, Святой Отец, царские палаты подавай, трон, молодежь незащемленную, которая пока бесами не одержима... Давайте, мы с женой как-нибудь сами разберемся, а то я смотрю, ваши аппетиты здорово выросли за последние пару месяцев.

-- Я понимаю вашу слабость духа, -- смиренно грудным голосом проговорил Святой Отец. -- Мы все находимся в стесненных обстоятельствах, когда враг переступил черту. Именно Дьявол поганит землю, пытаясь сломить веру Христову, и вселяется в людей нетвердых, чтобы сделать его жилищем своим. И вижу, как неискушенного происками его улавливает в сеть. Ползут от него бесы, толкая человека на убийство, на прелюбодеяние, на гордыню, отвращая от Спасителя нашего. Дома с умалишенными не оставляли мы, и утешение несем всякому. Смирение и вера спасут нас, на колени встанем, и будем молиться на костях, сын мой, и уповая на Спасителя Нашего. Тогда победили народ, и сейчас победим. Но на все воля Божья...

-- И боевой дух нашей церкви! Которая, как в старые добрые времена, выйдет на охоту... Пока народ смиренно прогибается и молится, стоя на коленях... -- рассмеялся Его Величество, глядя Святому Отцу прямо в глаза. -- Ваше Святейшество, я Царь, и могу поменять веру народа, если любимая мной церковь не будет обращать любовь народную на Царя. Как Пророк, который полюбить вас не сумел. Что вы делаете тайно, я вполне могу сделать явно. Крестным ходом на землю вы уже ходили. Она, наверное, этого даже не заметила. Лучше бы помогли Ее Величеству образумиться. Какая лампа?!