— И что?

— А ничего. Мы подбежали, он на карачках ползает. Со лба немного кожу стесал.

— Оружие было? — полюбопытствовал Глеб.

Диж достал из кармана нож в ножнах и бросил его Виконту. Тот повертел клинок в руках, неопределенно хмыкнул и отдал Глебу.

— И все?

— Да.

Виконт повернулся к Глебу:

— Что скажешь?

Тот все вертел нож в руках.

— Ручная работа. Ковка. Булатная сталь. Вещь дорогая. На континенте есть любители, могут и не такое сделать. Ножны из кожи, не пойму чьей. И что вы с ним сделали?

— С собой привезли.

— Зачем?

— А что с ним делать? Не похоже, что он из команды Грава. Слишком… — Диж напрягся, подыскивая подходящее слово. — Чистый, что ли…

— Да?.. — неопределенно протянул Виконт. — Ну, пойдем посмотрим на твоего пленника.

Боевики уже покинули площадь, осталось человек десять, в основном те, кто приехал с Дижем. Сели под брезентовым навесом возле деревьев и не спеша обедали. Двое мальчишек лет по тринадцать сновали вокруг машин с тряпками и ведрами — отмывали борта.

Виконт в сопровождении Дижа и Глеба подошли к крайнему «мустангу».

— Показывай.

Диж кивнул боевику, и они вдвоем залезли в открытый кузов. В нише под пулеметной турелью сидел человек со старым мешком на голове и связанными за спиной руками. Бандиты грубо вытащили его из машины, сняли мешок и поставили перед главарем.

Виконт внимательно осмотрел пленника. Перед ним стоял молодой парень, лет двадцати двух — двадцати трех, с отросшими темными волосами, трехдневной щетиной и запыленным лицом. Когда мешок сняли, на Виконта глянули глаза серого цвета. Губы сжаты, скулы немного выпирают. Взгляд растерянный, но без страха.

Виконт посмотрел на его одежду и начал понимать, что имел в виду Диж. На незнакомце были обычные черные джины и джинсовая рубашка с коротким рукавом. На ногах кроссовки. Одежда запылилась, но, в общем, чистая, без заплат, потертостей, словно ее недавно купили или постирали…