— Боже! — ахнула Митико. — Вы в порядке?

— Свен, один из техников, пытался подняться на ноги. Правой рукой он зажимал нос, из которого струилась кровь. Ллойд бросился обратно в центр управления, снял со стены аптечку и вернулся в коридор. Набор для оказания первой помощи был уложен в белый пластиковый ящичек. Ллойд открыл крышку, взял бинт и отмотал большой кусок.

Свен заговорил по-норвежски, но оборвал себя и перешел на французский:

— Я… Похоже, я потерял сознание.

Пол в коридоре был покрыт керамической плиткой. Ллойд заметил пятно крови в том месте, где норвежец ударился головой. Он протянул Свену бинт. Тот благодарно кивнул, сложил бинт в несколько раз и прижал к носу.

— Ума не приложу, что это было, — признался Свен. — Я точно уснул на ходу. — Он сдавленно хихикнул. — Мне даже сон приснился.

Ллойд удивленно поднял брови.

— Сон? — переспросил он по-французски.

— Чертовски яркий сон, — кивнул Свен. — Я был в Женеве, недалеко от «Ле Розель». — (Ллойд хорошо знал эту кондитерскую в бретонском стиле на Гран-рю.) — Но все было как в каком-нибудь научно-фантастическом фильме. Машины летали над землей, и…

— Да, да! — послышался женский голос из центра управления. — То же самое случилось со мной!

Ллойд вернулся в тускло освещенный зал.

— Что случилось, Антония?

Полная итальянка разговаривала с двумя сотрудниками. Она обернулась к Ллойду:

— Я словно бы внезапно куда-то переместилась. Парри говорит, что с ним произошло то же самое.

— И со мной, — отозвалась вернувшаяся вместе со Свеном Митико и облегченно вздохнула. Она явно радовалась тому, что такое произошло не только с ней.