Генерал-адмирал стоял на крыле мостика, морщился от порывов свежего бриза, но в рубку пока не торопился. Сегодня он еще успеет набегаться по этой тесной норе. Алексей окинул взглядом теряющийся в утренней дымке горизонт. Противника пока не видно, но его флот может появиться в любую минуту.

— Радиограмма с «Платова»! — доложил выглянувший из рубки Витгефт.

— И? — генерал-адмирал, как всегда перед боем, был немногословен.

— Пока ничего!

— И где их носит? — задумчиво прошептал себе под нос командующий. А вслух добавил: — Трех планеров Эссена недостаточно! Радируйте на «Днепр», командиру воздушной разведки: пускай запускает все, кроме резерва. Надо перекрыть наблюдателями три четверти горизонта. Доложить о выполнении приказа немедленно!

— Слушаюсь! — Витгефт нырнул в рубку.

Ветер крепчал, мелкие брызги с гребней волн начали доставать до мостика. Поежившись, великий князь полез в рубку вслед за флагманским адъютантом. При виде командующего присутствующие в отсеке офицеры вытянулись в струнку. Только связисты продолжали что-то отстукивать ключами.

— Докладывайте! — глядя куда-то поверх блистающих погонами плеч своих подчиненных, сказал князь.

— Эскадра закончила перестроение. Объявлена и поддерживается боевая готовность номер два. Курс норд-норд-вест, скорость двенадцать узлов, — четко отрапортовал начштаба Старк.

— Хорошо, Оскар Викторович, — кивнул командующий. — Продолжайте выполнение своих обязанностей.

Генерал-адмирал медленно прошелся по рубке и остановился возле узкой смотровой щели. Прошло несколько минут. Отсек снова заполнился гулом голосов, перемежаемым щелчками расчетчика и клацаньем радиоключей. В этом шуме князь не сразу расслышал, что к нему обращается командир БЧ-4, и тому даже пришлось деликатно тронуть Алексея за рукав кителя.