- Закройте это дело, - сказал Мейсон.

- Что значит "закройте"?

- Закрыть - это значит закрыть!

- Боюсь, я вас не совсем понял.

- Я сказал, чтобы вы закрыли это дело. Снимите с него ваших людей и забудьте о нем.

- Могу я поинтересоваться, по какой причине?

- Во-первых, потому, что я вам это советую. И если вы не послушаетесь, у вашей газеты будет масса неприятностей...

- Мы не привыкли, чтобы нам звонили по телефону, диктовали свои условия и угрожали!

- Я вам не угрожаю, - ответил Мейсон. - И у меня нет никакого желания вам угрожать. Я просто представляю интересы одного из моих клиентов и делаю первый шаг, который является необходимым для защиты этих интересов, а именно: я говорю вам, чтобы вы забыли об этой истории. Вы, со своей стороны, тоже можете действовать через адвоката, который будет представлять вас. Я предпочел бы иметь дело с вашим адвокатом. Ему я и объясню, на каких с юридической точки зрения законных основаниях я поступаю подобным образом.

- А мне вы не можете назвать хотя бы одну причину, почему вы этого требуете? - спросил редактор.

- Вы когда-нибудь слышали о таком термине, как "право личности на негласность"?

- О чем только не слышат редакторы газет, - прозвучало в ответ. Хотя я представляю себе этот пункт закона довольно смутно, но все же слышал о нем.

- Этот пункт, в частности, предусматривает, что каждый человек имеет право на то, чтобы его имя не афишировали и не склоняли, если он сам того не захочет.

- Минутку, - перебил его редактор. - Я не адвокат, но все же знаю, что этот пункт имеет и исключения. Если человек становится известным или популярным, он уже не подпадает под этот пункт. И если человек сам способствует тому, чтобы стать популярным...

- Прошу вас, не трактуйте мне пункты закона, - сказал Мейсон. - А просто попросите своего адвоката позвонить мне по телефону.