Штуцкий бросился к дверям храма, чтобы наблюдать, а Мавриков передал первый сигнал. Через несколько секунд послышался ответ - точное повторение сигнала. И тут Штуцкий знаками позвал их.

- Поддерживай связь! - прошептал поляк, когда они подбежали к нему. - Он перестал рычать, хотя я нахожусь прямо перед его окуляром.

Робот стоял неподвижно, только голова его, как будто ища что-то, вертелась все быстрее и быстрее. Его корпус стал матово-серым. И как только Мавриков снова застучал ключом, на груди робота стал медленно открываться синий экран. Скоро на нем показалось изображение планеты, вокруг которой плавно вращались четыре различных по величине спутника.

- Как знать, какие тайны скрываются за этим экраном? сказал Штуцкий, совершенно забыв свою неприязнь к роботу.

- Мы их раскроем, будь уверен, - ответил Мавриков. - Может быть, не так скоро и не без труда, но раскроем. До сих пор робот ничего не понял из моей передачи - надо думать, он не изучал земные языки у себя дома. Однако как только он принял в логической последовательности какие-то сигналы, то тут же приостановил свою защитную реакцию и с помощью экрана показал свои добрые намерения.

- Насколько легче вам, техникам, - улыбнулся Штуцкий и оглянулся. Туземцы приближались к ним, не сводя глаз с экрана своего металлического божества. Наверное, они решили, что это проявление благосклонности к троим белым, потому что арбалеты их были миролюбиво опущены.

- Теперь ясно, что надо делать, - продолжал Мавриков. Прежде всего нужно научить его понимать нас, а потом уже в свою очередь начать расспросы. Только тогда нам удастся связаться с теми, кто послал его на Землю. Очевидно, без официального приглашения они не прибудут в гости.

- Ты собираешься общаться с ним на местных наречиях или на каком-нибудь западном языке? - осведомился Карин, сохранявший свою иронию даже в этой необычной обстановке.