Беседа брата и его неуловимой приятельницы была похожа больше на обмен короткими информативными письмами, чем на общепринятый чат. Стиль девочки мне понравился. Ее записки были обстоятельны, логичны и в то же время достаточно эмоциональны. Ни единой грамматической ошибки, чего я не могла сказать о Вовкиной писанине, ни единой опечатки, ни единого речевого огреха. Несколько странно для второкурсницы с юрфака. С другой стороны, почему бы не предположить, что у Татьяны хорошо развито чувство языка? В остальном ничто не вызвало у меня подозрений. Возмущения по поводу второй подряд несостоявшейся встречи выглядели совершенно искренними. Интерес девушки к Володе тем не менее не погас, пожалуй даже усилился. Результатом беседы стало обоюдное замешательство. Оба верили друг другу, и оба не видели объяснений происходящему.

Объяснений, кстати, не было и у меня. Ошибку с местом встречи я исключила сразу: в разговоре однозначно определялось - Старый волжский мост. Время так же устанавливалось четко. И мой брат, и его знакомая на мост приходили - за брата я могла поручиться головой, а на порядочность девушки указывали ее записки, моя интуиция и здравый смысл. Назревал парадокс.

- Чего домой не идешь? - оторвал меня от глубоких размышлений голос моего напарника.

Я оглянулась и вдруг выпалила:

- Ты ведь в Южном живешь? Где у вас там улица Буденного?

Не знаю, что меня заставило задать этот вопрос.

Напарник вытаращил на меня глаза.

- Первый раз слышу. Зачем тебе?

- Да вот, братишка приятеля нашел. Живет на улице Буденного в Южном.

- Чатились, что ли? - усмехнулся мой товарищ по работе, скользнув взглядом по экрану, где висел текст лог-журнала. - А твой братишка спросил, из какого города его приятель?

Эту фразу я переваривала всю дорогу до дома. Действительно, микрорайон под название Южный мог быть где угодно. Однако вместо "из какого города" у меня вертелась совершенно сумасшедшая мысль, которую я даже боялась озвучить для себя в словах.