- Ты стал Временем! В тебе нераздельно живут покой и движение. Вообрази, что стоишь на неподвижной точке Бытия и наблюдаешь, как мимо проносятся собственные ощущения. Точнее: они вращаются по эллипсу кривизны вселенной...»

Всем существом Байрам чувствовал, как миллионы лет вовне космолета сжимаются в мгновения. Его разум успевал «видеть» рождение и смерть галактик. Подобно ловцу на берегах Реки Бытия, он прослеживал этапы развития Большого Космоса, начиная с Нуль-пункта — с момента взрыва сверхплотного вещества, из которого образовалась Метагалактика... Пронеслись миллиарда лет, Байрам снова ощутил себя Байрамом-человеком. Обшивка космолета стала непрозрачной. На мониторе вспыхнула надпись: «Корабль и вы переместились в Будущее на двести миллионов лет. Взгляните, что ожидает в нем Землю!». Надпись угасла, на экране дисплея возник Глаз круглой формы, похожий на кристалл дымчатого кварца. Неподвижно глядя на Байрама, он телепатически спросил:

— Так ты еще живой? Тебя как зовут?

— Гомо сапиенс Байрам.

— Это не ответ. Звуки я не понимаю.

Байрам, словно лунатик, шарил по воздуху пальцами, разыскивая клавишу телепатосвязи. Едва включил ее, как услышал, что за него бойко отвечает Ганс, сидящий в обсерватории:

— Я молчу потому, разумный Ганс, не зная, как твое имя, что ни один сигнал, ни один радиоквант не может вырваться из этой проклятой Сингулярности...

— Знаю! — отдалось в мозгу Байрама, хотя не он отвечал странному Гансу: — Так вы и есть те самые «хомо сапиенсы», которые убежали от Солнца и Земли в наш мир, спасаясь от всеобщей гибели?

— Простите, но я ничего не уразумел, — сухо произнес Ганс: — Пожалуйста, повторите.

Дымчатый глаз-кристалл презрительно «усмехнулся»:

- Пока я слушал твои ответы, хомо-землянин, в нашем мире истек громадный промежуток времени.