На мгновение Волгину мучительно захотелось броситься в воду и поплыть к ним, этим девушкам - людям нового мира, - но он сдержал свой порыв. Ничего, кроме неловкости, не могло из этого получиться. Его встретят с недоуменной улыбкой, и все три сразу убегут от него.

Он глубоко ошибался и не мог еще осознать всей глубины этой ошибки. Он не знал людей нового мира. Только много времени спустя, вспоминая этот эпизод, Волгин смог представить себе с полной достоверностью, как встретили бы его появление три девушки.

Он отвернулся от них.

Последние дни все чаще и чаще являлось у него желание приблизиться к людям, прекратить затворничество.

- Пора кончать! -сказал он самому себе. - Довольно! Пусть смотрят на меня, как хотят, но больше я не могу быть один!

Раздевшись, Волгин с наслаждением погрузился в прохладные волны прибоя. Он хорошо умел плавать и в годы студенчества нередко участвовал в соревнованиях. Вспомнив об этом, он подумал: "Сохранился ли в мире спорт и спортивные игры?" В беседах с Мунцием он почему-то ни разу не коснулся этого вопроса. Он знал только, что гимнастика распространена повсеместно на всей Земле, но проводятся ли по ней соревнования, он не знал.

Волгин далеко отплыл от берега. С острой радостью ощущал он силу своих рук, уносящих тело вперед в стремительном кроле. Только в дни юности мог он плыть так долго и в таком темпе. Живя в Париже, он иногда посещал бассейн и постепенно убеждался, что стареет, что плавать долго и быстро становится все труднее.

И вот он снова силен и молод. Каким волшебством вернулась к нему юность? Как Мефистофель из поэтической сказки Гете, Люций вернул не только молодость, но и самую жизнь.

"Поистине человек всесилен!" - думал Волгин.

Он плыл все дальше и дальше. Море было спокойно. Сзади, от берега, доносился к Волгину едва слышный шум прибоя. Оборачиваясь, он ясно различал на горизонте мыс Монако. В его время там помещался всемирный притон Монте-Карло. Что находится там сейчас?