Прошло два месяца. Спасенная дочь Геррика Дерта, кажется, ничего не помнила о своем похищении. Более того, оно пошло ей на пользу — прежде болезненная и анемичная, как большинство полукровок, она расцвела и перестала жаловаться на боли в груди. Древняя Кровь дала себя знать, множество поклонников пытались привлечь ее внимание, даже некоторые благородные семьи считали возможным просить ее руки.
Карин получила от отца заслуженный нагоняй за переоценку собственных сил, упросила научить ее владеть мечом и стала более внимательно прислушиваться к советам Рорика. Она пользовалась определенной популярностью в обществе и производила впечатление довольной приключением девушки.
Но вся безмятежность Карин скрывала под собой тревогу. Вызвана она была странной встречей в канун праздника Зимы, к началу которого они успели вернуться. В тот день в замок съехалось много гостей: вассалы отца с семьями, священники из окрестных церквей, застигнутые в дороге путники. Среди последних оказался и уже знакомый Карин и Рорик тенеборец.
Что он делал так далеко на юге, осталось непонятным. Скорее всего, нелегкая наемничья судьба привела. Он, впрочем, не попадался на глаза, предпочитая отсыпаться на конюшне и обыгрывать в кости работников барона. До определенного времени. Единственный разговор Карин и тенеборца состоялся в ночь перед его отъездом из замка.
Карин вошла в свою комнату и отпустила служанку, готовилась ко сну она сама. Совершенно неожиданно из креслица возле окна раздался тихий, даже аристократический голос: