Далее оказался перед выбором. Либо рассказывать как было, рискуя сожжением или вырезанным сердцем на алтаре, как орки поступали с одержимыми духами, если колдовство и молитвы не могли помочь. Алтарь, кстати, был под моей задницей, далеко ходить не надо. Либо что-то придумать, рискуя запутаться в мелочах. С перспективой точно тогда угодить на костер или алтарь. Или просто, по колхозному, под топор. Третью возможность — виртуальный бред — пока решил не рассматривать. Уж больно жизненно горело ухо после кулака папы. Да и ощущения нового тела выглядели более чем реально. Особенно наличие ступни и половины голени ниже левого колена.

Его я, кстати, узнал, это он осчастливил меня печенью в том кошмарном сне.

Требовалось потянуть время, чтобы собраться с мыслями.

— Плохо помню, дайте подумать.

— Что ты нашел!?

Сообразил, что долго отмалчиваться не дадут. А так же припомнил историю амулета, найденного, кстати папой лет семь назад и после выдачи этим же колдуном сертификата безопасности вкупе с резюме о несомненной полезности оставленного себе. Позже подаренного мне в честь первой самостоятельной добычи — двух попавших в силки зайцев.

Решил, что пока относительная честность — лучшая политика.

— Ничего. Амулет засветился.

— Что в руки брал?

— Ничего, говорю. Греется начал, глянул вниз, а он светится. Подумал, что в место нехорошее попал. Полез из ямы. А он еще больше греется. Хотел сорвать, но засомневался, вдруг от чего защищает. Пока думал, он полыхнул. Жаром и светом. Больше ничего не помню.

Рассказывать историю полностью счел слегка опрометчивым, памятуя о судьбе как поддавшихся экзорцизмам соплеменников и рабов по моей второй памяти, так, что более важно, не поддавшихся, коих спалили на костре на границе наших родовых земель, подкрепляя пограничные столбы, так сказать. С всякими колдовскими ритуалами вокруг костра. Как и бедолаги, кончившего на алтаре. Видно, чем-то приглянулся старикашке. Надеюсь, не нетронутой циррозом печенью.