- Добычу поделили? - нагло заявил я, имея ввиду металл и всякое имущество, выкопанное в развалинах и барахло бедолаг, печенью одного из которых папа меня так милостиво угостил. Видно, решив, что не помешает мне толика храбрости. Пусть даже человека. Местный опиум для народа вещал, что поедание печени и сердца достойного врага улучшает собственные показатели. Чего-чего, а храбрости у копателей было с избытком.

Старик оторопел, машинально ответив:

- Да, поделили. Пока ждали, что очнешься.

- Мне что из доспеха дашь? Досталось же что пригодное? - Продолжил грузить старого козла.

Папаша раскрыл рот. Неудивительно, судя по воспоминаниям, Край был добрым домашним мальчиком, воспитанным больше мамой, чем отцом, насколько это возможно среди орков. Даже таких наездов на своего сурового отца за ним прежде не водилось. В отличие от обеих, резких как понос, старших братцев, лупивших бедолагу Края при каждой возможности. Отчего отец младшего не сказать что недолюбливал, но считал слабым духом сопляком, чье поведение могло помешать баллотироваться в местные окружные шерифы-министры обороны - хевдинги, отвернув от него симпатии части избирателей, к чему он как бывший десятник дружины ярла и богатый кузнец имел неплохие шансы, коли бы нынешний где сильно попал ногами в жир. Или прикончили. А в хевдинги ему хотелось до писка. Немудрено, борг не совсем маленький, выставляет более пятидесяти воинов и новиков, пусть даже половина избранных жребием остаются на хозяйстве. Это делало предводителя весьма важной фигурой, как в клановом ополчении, так и вообще. Не считая приличной доли в добыче.

- Досталось, выберешь, - несколько удивленно протянул папаша.

После чего из под моей ноги выскочила каменюга и я достаточно чувствительно рухнул на тропу. Встать из-за головокружения и боли в груди сразу не удалось. Отношение к этому мама выказала заботой и лаской, а папа матюгами.