Великий телепат тоже заглянул в трубу и нервозно хихикнул. В другом конце ущелья все заволокло пороховым дымом, однако сквозь него все же различаются многочисленные силуэты рокушских гренадер. И среди них явственно выделяется рослая сухопарая фигура с крюком вместо левой руки. Маршал Хобокен носится среди солдат на храпящем жеребце, рубя палашом налево и направо, и все время что-то яростно кричит.

– Что он кричит? – повернулся к Теллахсеру Искашмир.

Теллахсер Ловкач прижал ладонь ко лбу, растекаясь по сознаниям солдат арьергарда. Несколько секунд телепат смотрел тысячами глаз и слушал тысячами ушей, а потом недоуменно произнес:

– Что-то непонятное. Он кричит: «По двадцать с каждого, воины Рокуша! Добудьте мне двадцать голов каждый!». Что-то в этом роде.

– Что такое?.. – недоверчиво приподнялся с сиденья Искашмир. – На что этот старый дурень рассчитывает? Почему их еще не отбросили?!

– Очень плохое место, владыка, – покачал головой Баргамис. – Дориллово ущелье очень узкое и извилистое. Здесь само пространство ограничивает число сражающихся – девяносто процентов армии сейчас не могут принять никакого участия в действиях. Они попросту заперты! У нас огромный численный перевес, но здесь он гораздо менее выгоден, чем в любом другом месте…

– Мы уже потеряли больше трех тысяч солдат, – упавшим голосом доложил Теллахсер. – Рокушцы каким-то образом протащили сюда огромную батарею этих своих медных котелков – пушек… Наших солдат косят, как траву, их сознания гаснут одно за другим!

– А каковы потери рокушцев?

– Я… я не знаю! – сглотнул Теллахсер. – Я по-прежнему не вижу ни одного их сознания – как будто на нас напали ревенанты или доппели!

– Ревенанты?.. Доппели?.. Такое возможно?

– Абсолютно исключено, владыка! В Рокуше практически нет благородного колдовства! Мы…

– Тогда побыстрее найди этому какое-нибудь объяснение! – процедил Искашмир. – И постарайся, чтобы оно меня устроило!