Беланов пожал плечами.

— Что я могу увидеть, я же не специалист по проблемам экологии. Я кибернетик.

— Я уж не знаю, кто здесь нужен, эколог, кибернетик или священник. Во всяком случае, ни с чем подобным люди прежде не сталкивались.

— Что он из себя представляет? По газетам ничего толком не поймешь.

— Туман как туман, только серый и очень плотный. Ни ветер, ни дождь на него не влияют. Сейчас он занимает уже около десяти квадратных километров и хоть и очень медленно, но растет. Издали это похоже на застывший дым, только без клубов. Сплошное ровное марево. Впрочем, когда увидишься с доктором Кромвальдом, он тебе это распишет по науке.

Автомобиль миновал колонну военных машин, стоявших на обочине.

— В городе много военных? — спросил Артур.

— С каждым днем все больше.

— Но им-то что здесь делать? Какое отношение они имеют к науке?

— Первобытный человек, видя что-нибудь непонятное, хватался за дубину. Потом в сознании людей произошел поворот, и они в таких случаях стали обращаться к богу. (Беланов поморщился — он не любил религию.) Однако все возвращается на круги своя, — продолжал Генрих. — Впрочем, их тоже можно понять. Все-таки второй после столицы город Республики… летняя резиденция Президента…

Автомобиль въехал в город. Улицы были пустынны. На перекрестках мокли полицейские в длинных блестящих плащах. Наконец Генрих остановил машину. Дальше ехать было некуда. Улицу перегораживал полосатый шлагбаум. На нем красовалась жестяная табличка: «Стой! Предъяви пропуск.» По ту сторону шлагбаума улицу заполняла военная техника: грузовики, амфибии, бронетранспортеры. В конце улицы виднелась еще одна загородка. За ней все терялось в серой пелене.

— Это он и есть?

— Да.

Генрих дал задний ход. Машина развернулась и покатила в объезд.

— Надеюсь, ты не надумал остановиться в гостинице? — поинтересовался Генрих.