– Я узнаю о тебе всю правду, слышишь, Призрак! На, читай мои мысли – я открыт и не шучу с тобой! Я буду писать, если ты выйдешь из тьмы – каковы бы ни были последствия.
Ты неисправим, Роги.
– Какой уж есть. – Он откинулся в кресле и протянул ноги к камину.
Ну хорошо, заключим компромисс. Я покажу тебе, каким я был прежде, идет?
– Идет!
Роги почувствовал, что корректирующие импульсы наполняют искусственным спокойствием все его существо, весь мозг, одурманенный воздействием алкоголя.
И наконец увидел.
– Ха! – вырвалось у него. Потом, после недолгого молчания: – Черт возьми!
Ты доволен?
Роги протянул к нему дрожащую руку.
– А как этого добился – не скажешь?
Нет, пока ты не закончишь свою летопись.
– Но…
Все, Роги, уговор дороже денег. Доброй ночи. Семейную сагу начнем завтра после обеда.
Часть I. НАБЛЮДЕНИЕ
1
ИЗ МЕМУАРОВ РОГАТЬЕНА РЕМИЛАРДА
Сегодня, перед тем как приступить к этой хронике, я вышел прогуляться по берегу замерзшего Коннектикута, проветрить засоренные мозги после ночного потрясения, которое назвал бы сном наяву. Здесь, на свежем воздухе, в первых животворных лучах восходящего солнца происшествие казалось и вовсе нереальным. Тротуар Кленовой улицы влажно дымился: ровно в два часа ночи включили аппаратуру оттаивания. В административных кварталах и близ колледжа подогреватели воздуха наверняка уже ослабили двадцатипятиградусный мороз, а тут, в жилой части Хановера, зима в самом разгаре. Ночью снегу намело сантиметров на десять – пятнадцать, и под заборами скопились сугробы. Лишь несколько состоятельных чудаков защитили свои жилища энергетическими куполами. Улицы еще пусты; весь магнитно-гравитационный транспорт спит в гаражах.