По близлежащим улицам прокатились многоголосый рев и аплодисменты. Первая шутиха повисла в воздухе куполом розовых, серебристых и голубых звезд. Прячась от ветра, Роги отодвинулся в тень гигантского вяза и вытянул перед собой флягу.

– Согреться не желаешь?

Никто не заметил, как сосуд выплыл из его руки, покачался в воздухе и вернулся обратно.

Забористая штука , оценил Фамильный Призрак.

– Да что может в этом понимать чужак с Лилмика? Твое здоровье! – Он сделал три больших глотка.

Все так же ищешь утешения в бутылке, а не в Единстве?

– Тебе-то что? – Старик опять присосался к горлышку.

О твоем благе пекусь.

– Слыхали! Не иначе, я должен перелопатить очередную кучу дерьма. – Глотнув еще раз, он завинтил флягу и спрятал в карман. На лице, поднятом кверху, к распустившимся над черными ветвями огненным цветам, застыла злобная насмешка. – Давай начистоту. Кто ты такой, можно узнать? Живое существо или просто отражение моего «я»?

Призрак вздохнул:

Опять за старое?

– Не я к тебе пришел, а ты ко мне.

Не бойся меня, Роги. Кому, как не мне, знать, что ты пережил трудные времена!

– Вот уж это ты прав! Ну и удовлетвори мое любопытство, что тебе стоит? Успокой мне душу хоть немного, прежде чем опять начнешь ее бередить! Напяль какое-никакое астральное тело и покажись!

Не могу.

Роги фыркнул. Затем вытащил из кармана цветастый платок и звучно высморкался.

– Оно и понятно. Ведь ты ненастоящий лилмик и ненастоящее привидение.

Мгновенно остывающие на ветру слезы затуманили мельканье фиолетовых и оранжевых комет, что подобно ведьмам гонялись друг за другом по небу, размахивая огненными волосами.