— Да, разумеется. Я сделаю все, что в моих силах. А ты тем временем прикажи своим людям заняться этой тварью. Нельзя терять времени. Пусть возьмут топоры и изрубят скрийлинга на куски, а то как бы он не сообразил, как растопить лед.

— А он что, все еще живой? — Зедд фыркнул.

— Чем быстрее вы это сделаете, тем лучше. Солдаты уже держали в руках боевые топоры с серповидными лезвиями и ждали только приказа командира.

Тот дал знак, и они побежали к скрийлингу, скользя по льду. Убедившись, что приказ выполнен, командующий спросил:

— Что это было, волшебник Зорандер? — Зедд глянул на Чейза: тот внимательно прислушивался к разговору.

— Это был скрийлинг.

Как всегда, Чейз никак не проявил своих чувств. Зато командующий был явно поражен.

— Скрийлинги вырвались на свободу? Этого не может быть, волшебник Зорандер!

Зедд пристально посмотрел на бывалого воина: шрамы на лице свидетельствовали о многих сражениях, где он бился, не щадя жизни, как и подобает солдату Д'Хары. То, что может испугать такого человека, должно быть хуже смерти.

Волшебник вздохнул. Он уже забыл, когда в последний раз спал, и чувствовал себя прескверно. Да собственно, он ни разу не отдыхал с того дня, когда два квода попытались схватить Кэлен. Исповедница, думая, что Ричард мертв, призвала магию Кон Дар и сама уничтожила убийц. Потом Зедд с Чейзом трое суток безостановочно следовали за Матерью-Исповедницей, охваченной магией кровавой ярости, чтобы <ей> отомстить. Исповедница, захваченная силой двух древних магий, не остановится, пока не свершится отмщение. Потом оказалось, что Ричард жив, а сами они попали в плен. Это случилось только вчера, хотя Зедду казалось, что прошла целая вечность.

А потом была нескончаемо длинная ночь. И они стояли и беспомощно смотрели, как Даркен Рал пытается обрести могущество, заключенное в шкатулках Одена.