Отнюдь противоборства здесь не было, каждый оставался сам по себе. Хотя и можно встречу оценивать как символическую. Животное повернуло назад в камыши. Детеныши, потоптавшись на месте, последовали за матерью, и семейство, так же внезапно, как появилось, исчезло в зарослях.

- Во всяком случае, нас предупредили, что мир населен и занят,засмеялся Девис.

- Хорошо, хоть это не носороги,- сказал Прайс.- Те кинулись бы на нас без предупреждения.

- Подумаешь, деликатность,- проворчал Девис и полез в Машину.

Преодолев глубь эпох на полмиллиона лет, они уже хотели возвращаться, как вдруг в динамике на запястье Прайса запело: три коротких сигнала, три длинных, три коротких - SOS.

- Бог мой! - воскликнул Девис.

Морзянка пела: SOS, SOS...

- Ущипните меня, Прайс!

- SOS, SOS, SOS...

Девис резко затормозил.

Минуты две исследователи слушали сигнал бедствия. Непостижимо!

- Однако...- Прайс порылся в портфеле, достал пеленгатор.Северо-северо-запад,- отметил вслух.- Пошли?

Первый выскочил из кабины.

- Будто бы совсем близко.

Они поднялись на холм - звук усилился. Спустились в лог.

Здесь протекал ручей, разросся кустарник.

Они прошли по ручью метров двести и остановились, пораженные. Перед ними был шалаш.

Самый настоящий шалаш, из ветвей, травы, дерна. Дверь, сделанная из пучков хвороста, перевитых волокнистым растением, полуоткрыта, и в шалаше кто-то был: слышался кашель.

Секунду Девис и Прайс стояли не шевелясь: откуда шалаш и кто может быть в нем? Но тут из двери послышалось:

- Входите, что же вы? Я вас жду.

Вот как - оказывается, исследователей в тридцати миллионах лет от их времени ждали!

Девис и Прайс нерешительно двинулись к шалашу, нагнувшись вошли в дверь.

На подстилке из веток - ни стола, ни какого-либо подобия стульев в шалаше не было - в потрепанном донельзя, продранном на локтях и коленях костюме лежал человек, исхудавший, кожа да кости, с седой бородой, гривой, казалось, не знавшими ножниц с сотворения мира.