Моя одежда — тоже символ протеста; я принципиально ношу то, что давным-давно вышло из моды. Мне кажется, что благодаря одежде я хоть как-то выделяюсь в толпах пижонов — раньше их называли «хлыщами». Меня можно назвать «техно-хиппи». Так я и существую, и меня считают одним из лучших. Учеников часто смущает моя внешность. Я не прокалываю язык, хотя сейчас это последняя мода, не ношу пирсинг с драгоценными камнями и не делаю переливающихся татуировок… Но, привыкнув ко мне, ученики уже не сомневались в том, что я — человек незаурядный. Наверное, со временем они учатся видеть душу человека, а не фасад, за которым так любят прятаться многие.

Ученики привыкают ко мне. Так и надо; они должны мне доверять. Конор Смит не обманывает… Ведь я смотрю миру прямо в глаза и говорю то, что думаю… Я криво усмехнулся. Кого я пытаюсь надуть? Я — тот, кто я есть: идиот, которому хочется как-то выделиться в толпе других кретинов.

Вспоминаю первые дни, когда все ломанулись во «Вторую жизнь» — тогда она была самым модным интернет-поветрием. Я тоже регулярно наведывался туда; моим любимым местом стал аэродром Эбботе, где я наблюдал за тем, как садятся самолеты. Они часто падали, потому что ими управляли с джойстиков, причем у горе-пилотов, как правило, страдала координация движений. Но наблюдать за ними было здорово — прямо дух захватывало.

Я до сих пор помню ссылку, http://slurl.com/secondlife/Abbotts/160/160/70. Сейчас все по-другому. Эбботе был международным аэропортом, откуда транспортеры летали из одного конца «Изумрудного города» в другой. Уроки высшего пилотажа, реактивные самолеты, полеты в космос… да, тогда в Эбботсе было все.

Сейчас все стало слишком сглаженным, безопасным. Исчез дух авантюризма.

Вдруг я затосковал; меня как будто ударили пыльным мешком по голове. Наверное, во всем виноват промах моих учеников. Их неудача обострила мою досаду, подчеркнула мою отъединенность от конечных моих же достижений.