Когда он вошёл в палату, Степан уже успел доесть свой первый обед.

  - Чудесно выглядишь, Стёпа, - генерал расплылся в умильной улыбке. Сам Степан-Хана в этом образе производил очень необычное впечатление.

  Ледяной взор как всегда пронзил Шубейко, отчего его улыбка стала несколько неуверенной.

  - Командир, хоть ты мне и командир, но если ты меня ещё и по щеке потреплешь, я тебе руку сломаю, - спокойно произнёс лохматый мальчишка.

  - Да, Степан, - уже без лишней снисходительности вздохнул Шубейко, - тебя ни с кем не перепутаешь.

  - Я - ребёнок, командир, - обвиняюще заметил Карпатов, тыкнув себя пальцем в грудь.

  - Это трудно оспорить.

  - У меня могут быть с этим некоторые проблемы.

  - Они не смертельны, переживёшь, - отмахнулся генерал.

  - Переходный возраст - страшная вещь.

  - Не такая страшная как смерть!

  - Легко тебе говорить! - Неожиданно, в первую очередь для себя самого, вспыхнул Степан.

  - Успокойся, это гормоны шалят. - Невозмутимо сказал Шубейко.

  - Вот и я про то же!

  - Ты научишься себя контролировать! - Отрезал генерал и хлопнул ладонью по ближайшему непонятному прибору, давая понять, что тема исчерпана. - Сейчас важнее решить, что с тобой делать!

  - И что же со мной делать? - Заинтересовался Степан.

  - То же, что и с остальными, проходящими по программе. Выделим тебе опекунов, определим в приличную школу, а после её завершения всё по твоему выбору.

  По мере перечисления, на лице Степана сменилось сразу несколько эмоций. После замешательства и недовольства, мальчишка скорчил весьма угрожающую рожу и прищурил глаза.

  - Опекуны?! Школа?! - Процедил он сквозь зубы.