Гайдн посопел носом, подумал и сказал:

– Недурно придумано. Пожалуй, мы сойдемся с вами.

– Возможно, что вы, мистеры, и сойдетесь друг с другом, но только не со мной, – вмешался Лэйт, о котором два спекулянта, казалось, и забыли. И теперь Гайдн несколько удивленно поднял на Лэйта глаза.

– Вас не удовлетворяет сумма в сто тысяч долларов? – спросил он.

– Меня совершенно не удовлетворяют те цели, для которых вы хотите использовать мое изобретение, – ответил Лэйт. – Я создавал мой аппарат не для того, чтобы наживались спекулянты за счет голодающих бедняков.

– Но ведь всякое изобретение, как и всякое предприятие, преследует только одну цель: личное обогащение! – с убеждением сказал Гайдн.

Ньютон кивком головы выразил свое полное согласие с этим мнением.

– Простите, но я вообще не собираюсь продавать свое изобретение, – сухо ответил Лэйт, не желая вступать с посетителями в пререкания. Отвесив поклон, он направился к ступеням веранды, желая этим показать, что разговор окончен.

– Двести тысяч! – крикнул вдогонку Гайдн.

– Пятьсот! Миллион! – взвизгнул Ньютон своим тонким фальцетом.

Лэйт скрылся за дверью. Гайдн и Ньютон, раздосадованные неудачей, направились к выходу, обсуждая нелепое, по их мнению, поведение Лэйта.

– Да он блажной! – крикнул, не стесняясь, Гайдн.

– У этих изобретателей всегда каких – то винтиков в голове не хватает, – согласился Ньютон.

Лэйт был возмущен и огорчен. Он ходил по своему кабинету и шептал:

– Возмутительно! Возмутительно!..

О том ли он мечтал в тихие теплые летние ночи на заброшенной нефтяной вышке, делая опыты искусственного дождевания? Он думал, что за искусственный дождь фермеры будут благословлять и прославлять его, как «кудесника» Бэрбанка.

– Нет, никогда! – проговорил Лэйт. – Уж лучше я разрушу всю машину собственными руками, разорву и сожгу все чертежи, чем допущу...

– Разрешите представиться, Фарсон. Представитель компании по устройству колодцев с электронасосами – Фарсон, Дойс и K°...