Из одной двери выглянула сурового вида женщина и сразу же спряталась.

Из-за ее двери тотчас же раздались громкие звуки радио Джейк с трудом встал. Но левая нога так сильно дрожала, что он опять был вынужден опуститься на колени. Управляющий схватил револьвер и пополз к входной двери. Затем упал на живот и попытался ползти на животе, царапая лицо об узкую ковровую дорожку.

Наконец тело Джейка Стоянова обмякло. Он замер, из руки выпал револьвер.

Стив выскочил на улицу. Когда он собрался стрелять, серый автомобиль уже скрылся за углом.

Из дома напротив вышел мужчина, Грейс побежал за машиной, на бегу спрятав револьвер. Когда частный детектив добежал до угла, серый автомобиль уже скрылся. Стив перешел на шаг и наконец остановился.

В полуквартале какой-то человек вышел из машины и направился в закусочную. Стив поправил шляпу и пошел туда же.

Подойдя к стойке, заказал кофе. Через несколько минут донесся вой сирен.

Стив выпил еще чашку кофе. Затем закурил и пошел по Пятой к фуникулерной станции, рядом с которой он оставил свою машину. Сел в автомобиль и поехал в Вермонт, где сегодняшним утром поселился в маленьком отеле.

Билл Докери, управляющий клуба «Шалотт», раскачивался на каблуках и позевывал. Скучно. Мертвый час – время поздних коктейлей, слишком рано для обеда и тем более рано для деловых встреч в клубе, которые в основном сводились к азартным играм среди высшего света.

Докери был красивым мужчиной в голубом пиджаке с темно-бордовой гвоздикой. Из-под словно лакированных волос виднелись два дюйма лба, приятные черты лица, наблюдательные карие глаза с очень длинными загнутыми ресницами, которые он нередко опускал, симулируя трусость, чтобы спровоцировать на драку пьяных посетителей-скандалистов.

Швейцар в ливрее открыл отделанную хромом дверь, и в фойе вошел Стив Грейс.

Докери не спеша направился встретить гостя. Стив разглядывал высокое фойе со стенами, отделанными матовым стеклом, мягко освещенным находящимися сзади лампами. На стекле были выгравированы парусные корабли, дикие звери, сиамские пагоды, юкатанские храмы. «Шалотт» был шикарным клубом. Из бара слева доносился негромкий шум голосов, почти заглушая испанскую музыку, изысканную, как резной веер.